Во-первых, специфические стороны менталитете значительной части
населения страны на фоне разнообразия национальных, этнокультурных традиций и
особенностей в образе мышления, связанных с ее многонациональностью:
исторически сложившаяся иерархичность сознания большей части населения
страны, являвшейся на протяжении многих веков империей, крестьянский менталитет
значительной части ее активно занятого населения и соответствующие ему
культурные традиции (правда, существенно искаженные в последние несколько
десятилетий) ; - особо укоренившаяся нерыночность и даже в определенном
смысле антирыночность мышления; - глубокий след в мышлении и хозяйственной
практике страны оставила практика псевдопланирования. Она выражается в
стремлении заформализовать все стороны социальной и даже личной жизни
граждан, в безразличии к социальному расточительству, порожденному
люмпенизацией населения (насильственным лишением его реальной собственности) ,
в значительной степени квазиинформативности информационных систем (особенно в
случаях, когда речь идет о состоянии хозяйства) , отсутствии заинтересованности
существенной части населения в получении правдивой информации, в неспособности
или нежелании критического анализа и практического использования информации.
Во-вторых, огромные масштабы страны с широкой гаммой природно-
географических и климатических условий, обусловливающие прежде всего огромную
инерционность хозяйственного потенциала.
В-третьих, специфическая уникальная многонациональность, выражающаяся
в том, что, по существу, страна представляет собой совокупность национальных
этнокультурных регионов, скрепленных единой системой самых разнообразных
связей - социальных, политических, экономических и др.
Эти три главные черты дополняются другими, по сути, вытекающими из них
производными - особенностями условий переходного периода, заставляющими с
большой осторожностью и тщательным расчетом подходить к проблеме
восстановления естественно-национальной хозяйственной модели в России.
Среди производных специфических черт можно выделить следующие: -
укорененность плановых структур и глубокая милитаризация хозяйства, носящая
крайне экстенсивный характер, и связанная с этим гигантская
диспропорциональность в наиболее важных аспектах: "потребление - накопление",
"военная - гражданская сферы производства", "промежуточный - конечный продукт"
и др. ; - низкие технический и технологический уровни гражданского
производства, связанные с неповоротливостью и закостенелостью хозяйственной
системы, высокая степень обветшания основных фондов, их физический и моральный
износ (последнее связано с ресурсорасточительством и экологической
безопасностью) ; - доведенное до крайней степени нищеты состояние социальной
сферы, выражающееся в общей нищете большей части населения при значительных
разрывах в доходах на душу населения по различным группам, а также и весьма
опасном экологическом состоянии среды; - политическая нестабильность,
особенно характерная для последнего времени, отсутствие практических основ для
достижения социального и национального согласия, угрожающая социальной
стабильности эрозия вертикальной ответственности в политической, экономической
и социальной сферах жизни.
Учитывая все эти психологические, социальные и экономические особенности
России, нетрудно понять, что бросать ее в стихию рынка опасно - это может вызвать
катастрофу как в политическом, так и в экономическом плане. Но и затягивание
введения реформ чревато не меньшими опасностями.
Что же мешает России жить в рынке? Однозначно, рыночные механизмы не
действуют потому, что существует монополия государства почти во всех отраслях.
Конечно же, существуют и многие другие причины, например, неотработанность
ценового механизма регулирования, отсутствие организованного рынка средств
производства, сырья и пр. Это не может не оказывать влияние на эффективность
производства и сбыта продукции. Но проблема монополизма стоит на пути всех
преобразований в российской экономике. Из этого следует, что ключевым моментом
реформ и перехода к рыночной системе экономики является приватизация
государственного имущества и фондов. Если это передать предпринимателям,
конкурируя между собой в борьбе за покупателей и расширяя сектор экономики,
рассчитанный на производство товаров потребления, будут направлять ресурсы в
наиболее эффективные отрасли. В результате установится регулирующая роль цен,
что будет способствовать повышению значения рынка для экономики.
Но для того, чтобы вся рыночная система функционировала, нужно сделать
гораздо больше, чем просто отдать капитал в руки людей. Нужно создать
определенные условия со стороны государства для помощи этим людям: льготные
кредиты, эффективное налогообложение и др. Нужно обуздать инфляцию и укрепить
национальную валюту, отрегулировать банковское дело как основной источник
кредитов в рыночной экономике. Следует выработать эффективную внешнеторговую
политику, которая не сковывала бы деятельность отечественных предпринимателей
и не сдерживала бы приток капитала из-за рубежа. А чтобы ресурсы распределялись
эффективно, необходимо стимулировать развитие бирж - как фондовых, так и
сырьевых, и биржи труда.
Перечисленные пункты должны были быть включены в программу перехода к
рыночной системе. Однако политическая нестабильность сильно повлияла на
проведение экономических реформ, и их ход замедлился. Было очень рискованно
вкладывать денежные средства в производство, так как была неясна их дальнейшая
судьба. Но после известных событий сентября-октября 1993 г. экономические
реформы и их политические предпосылки стали соответствовать духу времени и
рыночным устремлениям российской экономики. Появляется большая надежда на
победу рыночной экономики над тоталитарным хозяйствованием.
5. НЕМЕЦКИЙ ОПЫТ ПЕРЕХОДА ОТ ПЛАНОВОГО К РЫНОЧНОМУ
ХОЗЯЙСТВУ.
Экономическая теория начала свою историю давно, но ее веком можно
назвать век ХХ-й: еще никогда до этого данная наука не была реализована так
широко и всесторонне. Пользуясь знанием законов экономики, некоторым
правительствам удается столь умело править своими странами, что порой их
деятельность расценивается как чудо. Хорошим примеров тому может служить так
называемое "немецкое чудо". Его творцом, архитектором был профессор Людвиг
Эрхард, министр народного хозяйства ФРГ в послевоенные годы.
За десять лет западная часть западная часть Германии полностью
оправилась от войны, не только восстановила разоренное хозяйство, но и по многим
- почти по большинству - экономическим показателям обогнала своих европейских
соседей и органично заняла одно из лидирующих мест в списке самых состоятельных
демократий мира. Чтобы представить, что представляла собой немецкая экономика
накануне реформ, приведу отрывок из речи Л. Эрхарда 31 мая 1954 г. в Антверпене:
"Это было врем, когда большинство людей не хотело верить, что опыт валютной и
экономической реформы может удаться. Это было то время, когда мы в Германии
занимались вычислениями, согласно которым на душу населения приходилось раз в
пять лет по одной тарелке, раз в двенадцать лет - пара ботинок, раз в пятнадцать
лет - по одному костюму. Мы вычисляли, что только каждый пятый младенец может
быть завернут в собственных пеленки, и что лишь каждый третий немец мог
надеяться на то, что он будет похоронен в собственном гробу. Последнее казалось
действительно тем единственным, на что мы еще могли надеяться. Мысль о том, что
на основании подсчетов сырья и при помощи других статистических данных можно
определять судьбу народа на многие годы вперед, свидетельствовала лишь о
бесконечной наивности и ослепленности тех, кто был рабом экономического
планирования. Эти сторонники механистичности и дирижизма не имели ни
малейшего представления о том прорыве динамической силы, который должен был
проявиться у народа, как только он смог заново осознать свое собственное
достоинство и высокую ценность свободы". Как видно из этого выступления, Эрхард
был ярым противником планового ведения хозяйства и сторонником свободы личной
инициативы, рыночной системы управления народным хозяйством.
